Календарь

П В С Ч П С В
 
 
1
 
2
 
3
 
4
 
5
 
6
 
7
 
8
 
9
 
10
 
11
 
12
 
13
 
14
 
15
 
16
 
17
 
18
 
19
 
20
 
21
 
22
 
23
 
24
 
25
 
26
 
27
 
28
 
29
 
30
 
31
 
 
 
Яндекс.Метрика

Забытый шлях.

(журнал "Вольный Дон" П.Н.Кудинова, № 3, май, 1938 года, София) предоставлено П.К. Ворониным (Франция) Слабеть стала память у Донских казаков! То ли уж век такой, то ли Донское Казачество вырождается - трудно определить, одно только - яснее ясного: Мелки в наш век пошли людишки, не казаки, а казачишки!.. Торёным когда-то в древние времена, был шлях Донской Воли. Упорно, самоотверженно прорубали шашками наши предки этот шлях в тернах разноплеменных деспотий непроницаемой стеной надвигавшихся со всех сторон на тот клочок земли, который на географических картах всего мира обозначался: Земля Всевеликого Войска Донского - Земля Донских Казаков. Заботливо очищал Войсковой Круг этот шлях от появлявшихся незвано - непрошено разных сорняков, с корнем вырывал из Донской земли Войсковой Круг сорняки, рубил шашками или сажал в куль и спускал в волны Тихого Дона. Привольно жилось Донским казакам, как у Христа за пазухой жили на Дону тогдашние политические эмигранты всех стран, ибо знали, что короной Воли Дона был девиз: С ДОНА ВЫДАЧИ НЕТ! Гордой отвагой, сознанием собственной силы, непоколебимой решимостью биться с любым врагом не на живот, а на смерть за свой Присуд, за независимость своего отечества - Всевеликого Войска Донского - звучал этот девиз! И наши предки на деле доказывали, что Донская угроза - не простые слова, не показывание кукиша в кармане, а серьезная угроза, нередко заставлявшая бледнеть от страху и турецкого султана и Русского царя. Торёным был тогда шлях Донской Воли, шлях Донского Казачества - прародителя всех Казачьих Войск! Любо всем Донским казакам было и жить на Вольном Дону и погибнуть во славу Его! Но прошли века. То ли ослабела бдительность Войскового Круга, то ли сорняки- изменники с подлой продажной душой стали хитрее, - так или иначе, но зарос Донской шлях, казачьей кровью политый, сначала мягким подорожником - льстивыми, двуличными старшинами, а потом быстро, огневой молнией, повыросли на нем терны, татарники да чертополох. И когда спохватился Войсковой Круг, когда кликнули клич атаманы Разин Степан да Булавин Кондрат, то было уже поздно. Задушили Донскую Волю терны русской царской тирании, а у подножья русских владык мягким ковром подорожника расстилались, забывшие свое Отечество и свой Народ, Войсковые старшины. Ты Расея, ты Расея, Ты Расейская земля, Многа горя, много нужды Нам Донцам ты принесла! Так пели наши деды, изнывая от, милостивейших русских, "привилегий". Легче, во много раз было бы легче нашему Народу перенести уничтожение русскими Донской Воли, Донской независимости, Донского Присуду, если бы все сыны Народа были бы с ним, страдали бы его страданием, мучились бы его муками. Но забыли свой Народ и свое Отечество старшины. За офицерские чины, за дворянское сословие, за крупные пожизненные и потомственные земельные наделы променяли они Волю Дона, своего народа и свою... Глухо стало на Донском шляхе. Для политических эмигрантов не стало гостеприимной и мощной державы-защитницы обездоленных и угнетенных, для Донских казаков не стало Вольного, Независимого Отечества и не желая быть русскими холопами, не желая признавать себя за побежденных, казаки уходили целыми ватагами, забирая и семьи и имущество, - на Кубань, на Терек, в Сибирь, на Амур и даже в подданство к турецкому султану: "Уж лутче турецкий султан, чем цари на Москве", говорили они, прощаясь с Батюшкой Доном. Но куда бы ни пошли казаки с Дона, в какой бы стране они ни находились, все одна и та же мечта жила в их сердцах: рано или поздно возродится вновь Великий Вольный Дон и покличет своих верных сынов. Глухо зарос подорожником, тернами и другими сорняками шлях былой Донской Воли... И только в глубине казачьей массы в среде народа глухо кипела жажда к прапрадедовской Воле и из уст в уста передавались сказы и песни о былом величии Дона, о былом счастьи Донских казаков: А и горд наш Дон. Тихий Дон наш Батюшка! Басурманину он не кланялся, У Москвы, как жить, не срашивался, А с туретчиной по потылице Шашкой вострою век здоровкался! А из года в год степь Донская, наша Матушка, За Пречистую Мать Богородицу, Да за Вольный Дон, что волной шумит, - В бой звала с супостатами. И от дедов к внукам передавалось, что казаки от казаков ведутся и что русские, как и туретчина и иные басурмане суть супостаты для Вольного Дона. ...Глухо в глубине казачьей массы рокотала все накоплявшаяся больше и больше жажда к Воле, к Независимости. Так давно потухший вулкан, даже в кратере которого успели поселиться пришельцы-люди, накопляет веками газы и в один прекрасный день взрывает все людские сооружения и огнедышащей лавой очищает свои склоны от непрошеных гостей. И зарокотал Донской вулкан! В 1917 году появились первые признаки близкого извержения гнева Казачьего Народа. А спустя несколько месяцев, едва успел затихнуть сигнальный Атаманский выстрел, как с молниеносной быстротой раскатилась по Придонским степям огнедышащая казачья лава, сметая на своем пути чужеземных пришельцев с их уставами, не годящимися в подметки Казачьему Присуду. И мнилось всем Донским казакам: До родной границы пронесутся лавы. И трубач сыграет переливно: стой! Ибо не хотели Донские казаки чужого, но хотели только, свое, захваченное не по праву чужими. И все Донские казаки, не сговариваясь промеж собой от рядового казака до доверенных Войскового Круга думали одну думу: Нам войны не надо для завоеваний, На чужую хату местью не пойдем, Но сумеем биться за Родные Грани: За свою свободу на степи умрем! Так думали Донские казаки, но... не все. Густо зарос сорняками шлях Донской Воли и много усилий было потрачено верными сынами Дона только на то, чтобы на месте широкого, торёного шляха прорубить, прочистить узенькую стёжку. А сорняки упорно лезли на эту стёжку и настойчиво мешали нормальному развитию прапрадедовской Воли. Не было уже в среде Донских казаков того единодушия и единомыслия, которыми так были сильны наши предки и на которых держалось все мощное, величественное строение Независимого Государства: Всевеликого Войска Донского. Вырубив терны на стёжке Донской Воли Войсковой Круг не поторопился выкорчевать корни этих тернов и не подчистил, извивающегося змеей, подорожника : Ой, хитра Москва, Баба старая, - и Донских старшин на посулы, словно мух на мед приманила... И сорняки из среды Войсковой старшины лестью да посулами, а кой-где и расстрелами, толкали казаков на далекий, чужой север: Спасать Россию от... русских! Спасать не вольности казачьи "а чины да звания дворянские, да помещичьи благоденствия", ближе и родней своего Отечества и своего Народа оказалась нашим старшинам, богоносная, сиволапая Русь с ее, "русским духом", с "модной обувью "- лапоточками подковырчатыми, с ее исконной идеей : без труда из Ванюшки дурачка по щучьему веленью, по русскому хотенью превращаться в красавца, умника и богача Ивана-царевича. ...Гей, старшины! Гей, предатели! Знать хороший плат вам Москва дала за Казачество да за вольности?.. Знать хороший плат!.. Могарыч-то...- кровь казачья... И огнедышащие казачьи лавы, откатываясь от границ Донской Земли все дальше на север, постепенно теряли свою силу в своих вождей и как лава вулкана, столкнувшаяся с холодными водами моря, постепенно охлаждается, не имея притока свежей лавы и наконец останавливает свое продвижение вперед - казачьи лавы охладели и наступление на север захлестнулось. Не сбылись мечты Войсковых старшин, забывших свое Отечество, казачьими головами спасти Россию от... русских! Не сбылись мечты русских дворян, помещиков, простых и "путаных" панов при помощи казачьей плети согнуть в три погибели русского мужика. Не понята и чужда была казакам идея "единой и неделимой" России, они видели, что красивые слова белых русских вождей далеки от правды, далеки от реальности. И "белые и красные" русские дрались за единую-неделимую, и те и другие нуждались в казачьих землях, в их природных богатствах, до поры до времени они нуждались и в Казачестве и казаки метались как малые сироты между ними, по милости своих старшин не находя себе своего места. И белые и красные одинаково грозили казакам расправиться, за измену и масса Донских казаков, в противовес своим старшинам, ясно и отчетливо видела, что: Шла Москва на Казачью Землю, разоряла станицы дотла, как зверье мужичье бесновалось, потешаяся жгла хутора. Измывались над сестрами нашими, матерям задирали подол, старикам отсекая головы натыкали их злобно на кол!.. Не видя надобности биться за старшинские выдумки, казачьи лавы почти без сопротивления откатывались до границ Донской Земли и, едва ступив на свою Землю, начинали отчаянно драться с врагом, порою превышавшего Донские силы в несколько десятков раз. Отчаянно дрались Донские казаки за свою Донскую землю, за свой Присуд, верили, что Войсковой Круг прорубает шлях к былой Воле Великого Дона. Но... снова зарастал цепкими тернами Донской шлях и не было сил (а может и опытности) у Войскового Круга очистить от сорняков свой шлях раз и навсегда. И задушили Донскую Волю русские терны на политой кровью молодецкой, усеянной казачьими костями Земле Всевеликого Войска. Земле Донских казаков... Восемнадцать лет прошло с тех пор, как узенькая стёжка Донской Воли была стерта с лица Донской Земли русскими красными. Восемнадцать лет последнюю крепость Доской Воли - Основные Законы Всевеликого Войска Донского отчаянно штурмуют русские белые и розовые при поддержке подлых ренегатов из казаков. Казалось бы, Донским казакам пора всем подняться на защиту своей последней крепости, своей последней надежды на возрождение Великого Вольного Дона, пора бы объявить газават - священную войну всем супостатам Донской Воли и Независимости. Но ... слабеть стала память у Донских казаков! Забыты ими заветы мучеников за Волю и Величие Дона и может скоро и самые имена этих мучеников будут Донскими казаками забыты,.. обесчещены... Помутился Дон сверху донизу... Распустил своих ясных соколов, Ясных соколов - Донских казаков... Слабеть стала память у Донских казаков! Вместо прадедовского шляха древней Воли избрали оные себе кривые стёжки разных окрасок, которые все до одной ведут в Москву; ту Москву, у которой в былое славное время гордый Вольный Дон - как жить - не спрашивался и жил привольно и богато. Обеднели умом знать Донские казаки, что пошли теперь занимать ума у чужих людей! ...Восемнадцать долгих лет минуло, Донские казаки с занятым у чужих людей умом - все еще топчутся у разбитого корыта. долго ли будет так ?.. До тех пор Донские казаки топтаться у разбитого корыта, пока не вспомнят о своих Войсковых интересах о своем долге граждан Всевеликого Войска Донского - самостоятельного Государства, основанного на началах народоправства, о своей присяге Великому Дону на вечность пока не отбросят чуждую казакам партийность, пока не очистят свои зарубежные станицы и хутора от всяких прошенных и непрошеных сорняков, пока дружным ударом не отобьют все попытки чисто- русских людей и русских приписных - казаков - уничтожить нашу Войсковую крепость - Основные Законы Всевеликого Войска Донского. До тех пор Донские казаки будут пасынками всех и вся, пока не догадаются созвать из остатков Большого Войскового Круга вполне законный: Малый Войсковой Круг - Круг Спасения Дона и поручить ему, Державному Хозяину Дона, выбор законной Войсковой Исполнительной власти и разработку плана спасения Дона и всего Казачества. Забытый шлях Донской Воли и Доли может быт очищен только этим единственным законным путем. Остальные пути - от лукавого. Никакие партии, никакие группы или организации, никакие самозванные, вожди не имеют юридического права вести переговоры с теми или иными государствами или людьми от имени Всевеликого Войска Донского (а тем более: всех Казачьих Войск), не уполномочивавшего их на это. ...Слабеть стала память у Донских казаков... Не помнят уже они, как их малочисленные пращуры заставили дрожать от страху могущественнейшую в то время турецкую империю, четыре года воевали с ней и, наконец, изумили весь мир сначала взятием Азовской крепости, а потом защитой ея и разгромом 250-ти тысячной армии турок, превосходившей защитников Азова в 50 раз! Не помнят ничего этого Донские казаки... Забыли они и свою присягу перед Доном, забыли они и самый Дон. Вспомнят ли они об этом?.. Не поздно ли будет?.. Крюков П.