Календарь

«  
  »
П В С Ч П С В
1
 
2
 
3
 
4
 
5
 
6
 
7
 
8
 
9
 
10
 
11
 
12
 
13
 
14
 
15
 
16
 
17
 
18
 
19
 
20
 
21
 
22
 
23
 
24
 
25
 
26
 
27
 
28
 
29
 
30
 
31
 
 
 
 
 
Яндекс.Метрика

Сколько лет ещё Россия будет отмечать годовщину трусости?

Сколько лет еше Россия будет отмечать годовщину трусости? - Раньше это был день Советской Армии и Военно-морского флота. Сейчас - День защитника Отечества. Смысл праздника остался неизменным. Почему именно этот день стал днем рождения РККА? К примеру, бои с Добровольческой Армией шли и в январе 1918 года. За что этому дню выпала такая честь?
23 февраля 1918 года отряды Красной гвардии вступили в бой под Псковом и Нарвой с немцами. Схватка была недолгой. Доблестный нарком Дыбенко и его революционные матросы самовольно отступили в Гатчину, где захватили эшелон и объявились только в конце марта в Самаре.
Виктор Суворов в своей книге "Очищение" уделил несколько страниц этому "празднику" и его главному "герою" - Дыбенко. Предлагаю вашему вниманию выдержки из этой книги:

23 февраля 1938 года весь советский народ и все прогрессивное человечество торжественно отметили 20-ю годовщину Рабоче Крестьянской Красной Армии.
За 20 лет до этого, 23 февраля 1918 года, отряды Красной гвардии одержали свои первые победы под Псковом и Нарвой над регулярными войсками кайзеровской Германии. Вот эти первые победы и стали днем рождения Красной Армии. На многочисленных митингах и торжественных собраниях, прокатившихся по всей стране в феврале 1938 года, было сказано много теплых слов в адрес нашей родной армии. Вот только не называли имени того, кто вел первые красные отряды к славным победам…
За месяц до юбилея, 24 января 1938 года, была учреждена первая советская медаль «20 лет РККА». Медалью награждали тех, кто особо отличился в боях, кто оплатил первые победы своей кровью, кто вел Красную Армию от победы к победе. Наградили многих. Но заместитель народного комиссара лесной промышленности командарм 2 ранга Павел Ефимович Дыбенко юбилейной медали не получил. А ведь это именно он вел красные отряды в бой под Нарвой 23 февраля 1918 года…
Вскоре легендарный командарм был арестован.
Его обвинили в шпионаже в пользу Америки, суд над ним продолжался 17 минут. Приговор — стандартный. Расстрел без промедления.
Ирония судьбы в том, что заместитель наркома лесной промышленности командарм 2 ранга Дыбенко до ареста оставался в кадрах Красной Армии, его последняя должность в РККА — командующий войсками Ленинградского военного округа. На пути противника, который идет на Питер, — Чудское озеро. Обойти огромное озеро можно севернее, через Нарву, или южнее, через Псков. Если бы командарм 2 ранга Дыбенко не пошел на повышение в Наркомат лесной промышленности, а потом на понижение в лефортовский подвал, если бы оставался на посту командующего войсками Ленинградского военного округа, то в 1941 году он бы остановил и разбил немцев под Псковом и Нарвой так, как разгромил их в 1918 году.

Разгон Учредительного собрания и расстрел рабочих демонстраций на улицах Питера потянули за собой последствия. Россия все еще в Первой мировой войне, но новую власть, которая стреляет в народ, никто не желает защищать. Немцы двинулись вперед на Петроград. На их пути — Чудское озеро. Его можно, как мы знаем, обойти с двух сторон. Через Псков и через Нарву.
А у России армии нет. Армию коммунисты разложили. Дыбенко именно на этом поприще отличился и прославился. Спасти ситуацию в начале 1918 года могли только балтийские матросы. Что ж, народный комиссар по морским делам товарищ Дыбенко, забирай своих матросов, веди их под Псков и Нарву, спасай революцию! Останови немцев!
И Дыбенко повел матросов. Вот его то действия 23 февраля 1918 года и стали всенародным праздником — Днем Красной Армии.

23 февраля 1968 года я получил свою первую медаль «50 лет Вооруженных Сил СССР». Весь наш народ и все прогрессивное человечество в торжественной обстановке отметили славный юбилей тех первых побед, которые и стали днем рождения непобедимой и легендарной Советской Армии. Я — страстный поклонник орденов и медалей. О своей первой медали мечтал в караулах и нарядах, о ней тайно писал стихи. В тот год я добивал свой десятый год в погонах — семь лет в алых, третий — в малиновых. И вот первая медаль. Она была великолепна: большая, сверкающая, с красной эмалью по звездочке, на атласной голубой ленточке с белыми и красными полосочками посередине. Я не носил ее на груди. Нет. Я все еще держал ее в кулаке, не веря своему счастью. В тот день я решил учиться еще лучше… И решил начинать прямо сейчас. Праздничные дни пройдут, а сразу после них — семинар по ленинской работе «Тяжелый, но необходимый урок». Эту работу мы изучали несчетное количество раз. Товарищ Ленин учил нас, что с противником надо бороться. С ним надо уметь бороться! Лекторы обычно произносили эти слова с ударением на слове «уметь». К семинару можно было и не готовиться. Работу эту я знал почти наизусть. А тут я решил: почему почти? Дай я ее выучу наизусть. Раскрыл ленинский том, сижу, учу: «Эта неделя явилась для партии и всего советского народа горьким, обидным, тяжелым, но необходимым, полезным, благодетельным уроком». Учу не только ленинскую статью, но и примечания к ней: статья впервые опубликована 25 февраля 1918 года в вечернем выпуске газеты «Правда». Это надо запомнить особо. Подметил: такие мельчайшие детальки ценятся любой экзаменационной комиссией чрезвычайно высоко. Если, между прочим, бросить как нечто незначительное: »…25 февраля 1918 го в вечернем выпуске…», то любая экзаменующая рука немедленно подрисует к пятерке большой жирный плюс.
И маленькое открытие согрело душу: вот семинар будет, а вряд ли кто внимание обратил, что мы обсуждаем ленинскую работу ровно через 50 лет после ее первой публикации…
Вот тут меня и прожгло. Вот тут то я воздухом и захлебнулся. Сначала что то понял, но не сообразил еще, что именно, еще не успел сам для себя понятное выразить словами и образами. Только отдышавшись, начал осмысливать: 50 лет назад, 23 февраля 1918 года, Красная Армия под Псковом и Нарвой одержала свои первые блистательные победы, которые мы вот уже 50 лет дружно празднуем, за которые мы, потомки, никогда не воевавшие, медали получаем. Почти одновременно с этим историческим событием, тоже 50 лет назад, 25 февраля 1918 года, в вечернем выпуске газеты «Правда»… В вечернем выпуске… То есть был дневной выпуск, но там статьи Ленина еще не было. Днем ленинскую статью только набирали… Следовательно, Ленин ее писал 24 го или в ночь на 25 февраля 1918 года. 23 февраля великие победы, а 24 го, узнав о победах, товарищ Ленин, матерясь и кусая ногти, пишет срочно, что вся прошедшая неделя была для всего советского народа «горьким, обидным, тяжелым уроком». Товарищ Ленин раздает ценнейшие советы: с противником надо бороться! С противником надо уметь бороться! С ударением на слове «уметь». Как же глубок ленинизм! Не будь ленинских томов, мы бы и не знали, что с противником надо бороться… Да не просто надо бороться, а еще и уметь. Товарищ Ленин, не называя по имени, кроет кого то, не умеющего бороться: «…мучительно позорные сообщения об отказе полков сохранять позиции, об отказе защищать даже нарвскую линию, о неисполнении приказа уничтожить все и вся при отступлении; не говоря уже о бегстве, хаосе, близорукости, беспомощности, разгильдяйстве».
Я всегда подозревал в себе сумасшедшего: в нашей армии за 50 лет служили десятки миллионов людей. «Тяжелый, но необходимый урок» — в золотой десятке обязательных ленинских работ, которые каждому военному человеку полагалось знать если не наизусть, то весьма близко к тексту. Неужто никто не обратил внимания на эту близость дат? Открывать то тут нечего. Но почему я вижу эту близость, а никто другой не видит? И говорит Ленин не о каком то таинственном участке обороны, но называет Псков и Нарву своими именами. Не схожу ли я…
И не понятно: неужели большие начальники из Главпура, те, кто нам эти работы настоятельно рекомендует, не заметили, что при простом наложении дат ленинская статья одним только своим названием опровергает любые рассказы о великих победах, якобы одержанных 23 февраля 1918 года?
И что есть урок? Каждый из нас попадал в положение, когда натворил что то и оправдаться нечем. И вот тогда, за неимением лучшего, мы обращаемся к общему собранию коллектива: это будет для меня уроком…
Вот и товарищ Ленин развалил армию и флот своей антивоенной агитацией, германы нажали, фронт рухнул, и надо товарищу Ленину перед всей Россией ответ держать. И он мямлит: это урок…И он советует: с противником надо бороться… и т.д. Гениальность Ленина в том, что он молол чепуху, с которой не поспоришь. Кому придет в голову утверждать обратное? Кто будет доказывать, что с противником не надо бороться? Что не надо уметь бороться?
Я о чем? О том, что если бы Павел Дыбенко 23 февраля 1918 года одержал великие победы под Псковом и Нарвой, то товарищ Ленин, узнав об этом 24 февраля, за день и ночь написал бы статью совсем другую и в вечернем номере газеты «Правда» 25 февраля 1918 года появилось бы нечто совсем по содержанию иное. А получился обидный и горький урок. И, понятно, весьма необходимый. Пока гром не грянул, товарищ Ленин, как тифозная вошь, армию разлагал «Окопной правдой» и прочей мерзостью, публикуемой на немецкие деньги. Но преподали немцы урок товарищу Ленину, и он узаботился обороной страны.

С того дня великие победы под Псковом и Нарвой стали для меня предметом особого и несколько нездорового интереса, имя великого полководца Дыбенко — тоже.
Благо книг о войне у нас написано много и теми книгами забиты все библиотеки. И вот — «Размышления о минувшем» генерал лейтенанта С.А. Калинина. В 1918 году солдат Калинин, вернувшись с фронта, творит революцию в Самаре. Голод. Разруха. Положение коммунистов шаткое. Людей не хватает. «Не помню сейчас точно, в конце марта или в начале апреля, в Самаре произошло событие, взволновавшее всю партийную организацию. В город неожиданно, без всякого предупреждения, прибыл эшелон балтийских моряков во главе с П.Е. Дыбенко. Вначале мы обрадовались новому пополнению. Но в тот же день в губком пришла телеграмма за подписью М.Д. Бонч Бруевича. В телеграмме предлагалось немедленно задержать Дыбенко и препроводить в Москву за самовольное оставление вместе с отрядом боевой позиции под Нарвой» (с. 71).
Нам говорили, что под Нарвой — великие победы, а сам победитель почему то сбежал и его по всей стране ловят. И вот самарские большевики решают, как с матросиками обойтись. Решили: делегатом идет один Калинин без охраны и без оружия. «Как только я появился на перроне вокзала, матросы взяли меня под стражу и, как „контру“, привели в вагон Дыбенко. За столом сидел богатырского вида моряк…» Коммунист Калинин устыдил революционера Дыбенко, тот раскаялся и решил возвращаться в Москву. Конец истории я узнал через 21 год. 26 февраля 1989 года «Красная звезда» поместила большую статью о великом полководце Дыбенко, в которой парой строк сказано: «За отход от Нарвы и самовольный отъезд с фронта Дыбенко исключили из партии. (Был восстановлен только в 1922 году.) Он предстал перед судом Революционного трибунала… Совнарком вынес решение — отстранить Дыбенко с занимаемого поста. Павел Ефимович к этому себя уже подготовил: „Конечно, я виноват в том, что моряки добежали до Гатчины…"“
Случилось вот что. Члену первого Советского правительства товарищу Дыбенко и его доблестным матросам приказали остановить германские войска под Псковом и Нарвой. Никаких побед пламенные революционеры ни под Псковом, ни под Нарвой не одержали, никого не остановили, неувядаемой славой своих знамен не покрыли. Наоборот, при первых столкновениях с противником изнеженные матросики, просидевшие всю войну в портах, дрогнули и побежали. И наш герой — вместе с ними. А может быть, впереди. Защитники революции добежали до самой Гатчины. Тут надо открыть карту, чтобы оценить героический путь. 120 километров бежали защитники социалистического отечества. Три марафона по глубокому февральскому снегу. В Гатчине захватили эшелон и понеслись по стране спасать свои революционные шкуры. Вдогонку спасающимся глава высшего военного совета Бонч Бруевич рассылает по стране телеграммы: поймать героев и под конвоем доставить в Москву. Герои должны были остановить противника, но их самих надо останавливать. Если удастся найти…
Героев обнаружили аж в Самаре. За Волгой. Теперь надо взять глобус и оценить этот героический отход. Появились герои балтийцы в Самаре в конце марта или в начале апреля. И кто знает, где за целый месяц после великих побед они еще успели побывать. Может быть, добежали до озера Байкал, убедились, что за ними никто не гонится, и возвращаются? Тут, по глубоким тылам, они защищают революцию: хватают первого попавшегося и допытываются, не контрик ли. Тут им храбрости хватает. Меня только вопрос интересует: а чем революционер Дыбенко все это время после бегства из под Нарвы кормил своих революционеров? Ведь прожорливые.
Еще вопрос: а от кого революционеры побежали? Побежали от германской армии. А понятие об этой армии весьма растяжимое. В то время германские матросики от безделья тоже бунтовали в своих портах. В то время Германия уже голодала. В то время германская армия была уже полностью и окончательно истощена войной. Германская монархия рухнула в ноябре 1918 года. Продержалась она до ноября только потому, что товарищ Ленин в марте 1918 года подписал с кайзером Брестский мир и отдал кайзеру Украину до самого Курска и Ростова вместе с рудой, углем и сталелитейной промышленностью, вместе с хлебом и мясом. Ленин отдал кайзеру Польшу и Прибалтику, выплатил огромные репарации золотом и хлебом. Вот оттого кайзеровская армия и дотянула до осени. Но в феврале 1918 года всей этой ленинской помощи кайзеру еще не было, потому Германия стояла на самом краешке, стояла над пропастью. Юрий Фелыптинский пишет: «Но самым удивительным было то, что немцы наступали без армии. Они действовали небольшими разрозненными отрядами в 100 200 человек, причем даже не регулярными частями, а собранными из добровольцев. Из за царившей у большевиков паники и слухов о приближении мифических германских войск города и станции оставлялись без боя еще до прибытия противника. Двинск, например, был взят немецким отрядом в 60 100 человек. Псков был занят небольшим отрядом немцев, приехавших на мотоциклах. В Режице германский отряд был столь малочислен, что не смог занять телеграф, который работал еще целые сутки» (Крушение мировой революции. С. 259 260).
Вот от этого воинства и бежал член Советского правительства, народный комиссар по морским делам, полководец и флотоводец Дыбенко со своими вояками. Петроград он бросил без всякой защиты, а у немцев просто не было сил его захватить.
Немцы так до Петрограда и не дошли. А Дыбенко, пробежав незамеченным мимо Москвы, убежал за Волгу.
Спросят: что это мы все про Дыбенко да про Дыбенко?
Отвечаю: среди командармов 1 ранга самый знаменитый и высокопоставленный — Фриновский. А среди командармов 2 ранга самый знаменитый — Дыбенко: он один входил в состав Советского правительства. У остальных командармов 2 ранга такого опыта не было и не было таких блистательных побед.
Но были же и другие полководцы! Тухачевский, Якир, Блюхер! Они же одерживали победы!
Одерживали. Дойдем до них. Только сразу предупреждаю: те другие не так гениальны, как Дыбенко. То, что совершил Дыбенко 23 февраля 1918 года, мы празднуем вот уже 80 лет. А победы Тухачевского, Якира, Блюхера, Уборевича, Путны, Вацетиса не так блистательны и грандиозны. Их победы мы не празднуем.
Нечего праздновать.