Календарь

П В С Ч П С В
 
 
 
 
 
 
1
 
2
 
3
 
4
 
5
 
6
 
7
 
8
 
9
 
10
 
11
 
12
 
13
 
14
 
15
 
16
 
17
 
18
 
19
 
20
 
21
 
22
 
23
 
24
 
25
 
26
 
27
 
28
 
29
 
30
 
31
 
 
 
 
 
 
Яндекс.Метрика

Имущественные отношения супругов

Имущественные отношения супругов Имущественные отношения супругов регулируются у казаков правилом: „жена — хозяйка своего добра“ или „бабье доброе от бабы не отходит, как от казака — конь с седлом“. Основания имущества супругов полагаются при вступлении их в брак — обыкновенно: 1) „кладкой“, 2) „сундуком“ и 3) „сыр-каравайным“ (или просто „каравайным“). Слово „приданое“ обыкновенно не применяется к названным видам имущества, а имеет самостоятельное значение. Лишь изредка в виденных мною решениях станичных судов словом „приданое“ заменяется выражение „сундук“ или „кладка“. „Сундук“ и „постель“. Обыкновенно жена приносить в дом мужа только „сундук“. — Сюда входят разные предметы одежды и украшения: шуба, платья, сарафаники (в верхов. ст.), юбки, платки, перчатки, чулки, рубашки, кушаки, спальные пологи, полость; в новейшее время: пальто, „дипломаты“ и „шестокрылы“ (привозимые из Москвы и покупаемые особенно охотно низовцами), штиблеты, зеркальце, гребенка, щетка, иногда картинки стенные, белила проч., а так же и разные мелкие вещи, которыми при свадьбе во многих местностях одаривает невеста женихову родню. Размеры „сундука“ зависят от степени благосостояния семьи и от щедрости; стоимость его бывает от нескольких рублей, до несколько сотен. Кроме сундука невеста приносит с собой постель с одеялом и подушками, а также и благословенную икону. Все предметы, составляющее сундук, накопляются обыкновенно постепенно, главным образом заботами матери. Как только начнет дочь подрастать („ей еще лет десять только“), а мать уже начинает „собирать сундук“, т. е. понемногу заготовлять разный вещи: напр. на ярмарке купить платок или шаль или еще что ни будь, (иной раз даже потихоньку от отца) и спрячет. Отец потом уже, когда дочь сосватают, еще „помогает чем нибудь“: купит сережки, бусы, вообще из украшений что ни будь. „Щепки“ (т. е. самый ящик) покупает также отец. Если нет родителей, то обязанность „справить девушку к венцу“ лежит на братьях или вообще на старших родственниках. Но нередко „сундук с двух рук набирается“, т. е. в составлении его участвует, помимо невестиных родителей, и женихов отец, по уговору. Письменных записей и условий при этом не бывает, сколько мне известно. Впрочем иногда сундук „принимают по описи“. Жених, по словам казаков многих местностей, не вправе требовать „сундука“ и если бы отец невестин, обещав сундук, обманул его, то и тогда бы он не нашел суда. Впрочем отец невестин и не обманет, потому что это дело чести. „Сундук“ привозят в дом жениха обыкновенно после венца. В некоторых местах его везут за невестой в церковь, оставляя во время венчания на паперти. Постель же и подушки обыкновенно несут к жениху еще накануне свадьбы или за два дня до свадьбы — после девишника. Впрочем в этом отношении обычаи разнообразятся по местностям. При передаче сундука жениховой стороной бывает обряд „выкупа“, о котором уже было помянуто выше. Сундук становится на видном месте в хате; он также, как и постель, покрывается одеялом; сшитым из разноцветных лоскутков, с наложенными в несколько рядов подушками (иногда до самого потолка) и составляешь предмет украшения казацкого жилища. Во многих местах казаки на такой парадной постели спят только по праздникам (со слов С. Ф. Номикосова). Все входящее в составь „сундука“, как „принесенное женой с собою,“ так и „справленное ей жениховыми родителями“, поступаешь прямо в собственность жены, и она распоряжается им по собственному усмотрению: „если бы она пожелала продать или пропить все это, никто бы ей в этом препятствовать не посмел“. Но в Малодъльской ст. мне сказывали, что если жена самовольно уходит от мужа, то сундук её остается у последнего и, хотя она пожалуется, — судьи, старики и правители оставляюсь такие жалобы без последствия, „чтоб повадки не было“. Но если вдова уходит из дома свекра, то последний обязан выдать ей сундук. Кладка. Сами казаки говорить, что дочь выдать замуж ничего им не стоит, а сына женить не в пример тяжелее: „разоряет дюже кладка и расход на угощение“. „По нашему донскому обычаю — говорится в одном из решений станичных судов — во время просватания в замужество девицы, им дается условная кладка, т. е. дарят безвозвратно навсегда вещи или деньги на справку нужного для них платья“. (Нижнекурмоярск. ст. суд. книга за 1873 г. № 27). Значение кладки, по словам казаков, —помочь невесте при справке к свадьбе. Поэтому кладку иногда называют „помочь“. Так в ст. Гниловской казаки говорили, что если невеста бедная, то её родители просят у жениховых помощи на справку рублей 50, 100 и более. При этом бывают условия возвратить впоследствии женихову отцу половину или иную часть выданной суммы. — Кладка состоит обыкновенно из денег и разных предметов женской одежды, в числе коих обыкновенно находится шуба, шелковая (или иная) материя на платье, тулуп, башмаки, штиблеты и т. п. Подобную же „кладку“ — по словам казаков — выговаривают и от невестина отца в пользу жениха в случаях приема последнего в семью тестя. В подобных случаях „кладка“ состоит: из пальто, шубы, брюк и проч. и деньгами рублей 40. (Что же касается до обязанности справить зятя приемыша на службу, то насчет этого заключают особый договор, по которому справка либо тестева, либо отцовская, или и того и другого пополам.) Кладку дает отец или, если его нет, — старший в семьи жениха. Величина кладки зависит частью от степени благосостояния семьи, частью же от уговора. Вообще говоря, за последнее время размер её, по видимому, увеличился, по крайней мере местами. Так в ст. Ярыженской говорил мне один казак следующее: „когда я старшего сына женил, то отдал кладку в 7 рублей, а среднего женил — 15 рублей дал, а младшего ныне вот сосватал, так 30 рублей на стол положил: потому ныне все дороже стало“. Договор о кладке обыкновенно бывает словесный. Нарушение его считается бесчестным и может повлечь за собой расстройство свадьбы. Кладка выдается невестиной родне либо при „рукобитии“, либо на „сговоре“, либо когда приедет жених за невестой пред венчанием. Все выданное в виде кладки поступаешь в собственность жены: „от неё не отходит“. Если жена уходит из дома свекра, то берет и кладку, потому что „зачем же она пойдет раздетая“. Однако если молодые вскоре после свадьбы отходят на сторону от стариков, то отец мужа нередко задерживает вещи, данные на кладку, мотивируя это тем, что молодые у него в долгу и еще не отработали затраченного им на свадьбу. Станичные суды подобные споры решают разно:— либо становясь на сторону отца, либо отказывая последнему в его претензии — „все по усмотрению обстоятельств“. Иногда станичный суд решает подобный спор так: „выдать часть отцу, а часть оставить у сына“. «Каравайное». „Сыр - каравайное“ составляется из тех подарков, которые при разносе каравая дарят молодым их родители и прочие гости на обзаведение хозяйства: „кто парочку бычков, либо телушку, а коли нет достатка, козочку или овечку, а то — деньгами; накидывают денег рублей 25 — 50, да товара разного до самого потолка“. Родители жениха и невесты часто договариваются между собой о количестве подарков молодым „на каравай“. Каравайное принадлежит обоим супругам совместно и распоряжаются они им с общего совета. Приданое. Наконец „приданое“, или „отцовское“, иди „награждение“ есть все то, что отец дает за дочерью - невестой помимо „сундука“, постели и каравайного, как то: сад, олевада, несколько деревьев или кустов винограда в своем саду, скотину, хату, деньги. Делают и письменные записи о приданом, обыкновенно в том случай если много дается добра: это двлают, чтобы в случат, смерти дочери её свекор или муж не утаили чего ни будь и не теснили наследников. „Приданым пользуются оба супруга, но жена сохраняет на него исключительное право собственности“ (решение Малодельского ст. суд. 1879, Января 4-ое). В случав ухода своего от мужа она отбирает его от последнего. За растрату приданого жена в праве жаловаться в станичный суд и мировому, и муж обязывается выплатить, ибо „он не имеет права задерживать отцовское жены“. — Но „приданое“ бывает у казаков сравнительно редко и только у богатых: оно чаще встречается в низовых станицах где, по словам самих казаков, местами девушке без приданого даже труднее замуж выйти, тогда как у верховых казаков везде девушку охотно берут „лишь бы была хорошая работница“. Такое же приданое приносит с собой в ст. Казанской круглая сирота, которой это имущество досталось от умерших родителей (Тим.). Вот пример записи о приданом: 1880 г., Февраля 25 дня, я, нижеподписавшийся, дал настоящую расписку жене своей П. в том, что взял я ее за себя в замужество: имение, которое принесла, а именно: сад отцовский, а в нем 10 грушевых дерев, лошадь с упряжью, пару волов двух лет, корову с толком, телушку 1-го года, хлеба пшеницы 30 мер, 5 мер жита, 2 меры ячменя, 2 меры проса, посуды разной: три чугуна: 1-й большого размера, 2-й среднего и 3-й малого; 2 сковороды и весь печной прибор, бочонок в 6 ведер, кадушка в 6 ведер, кадушка в 1 меру, 12 курей, которое имение принимаю все к себе, а по смерти моей, жена моя получает свое имение вышесказанное неумершее. В том подписуюсь казак А. Имущественные сделки между супругами. Имущественный сделки между супругами в обычае, но они имеют не одинаковое распространение в различных местностях Области. Нередко например между супругами бывают случаи дарения, купли - продажи. Казачка, выходя замуж или принимая к себе мужа, иногда дарит или продает ему часть имущества, „нажитого в первом браке“. Бывает и на оборот: жена у мужа напр. покупает дом с пристроем. При этом не редко совершается фиктивная сделка: муж не получает денег в уплату за проданное имущество. Такой перевод имущества на жену делается казаками, занимающимися торговлей, чтобы на случай банкротства, имущество не было отобрано. В ст. Пятиизбянской мне довелось слышать следующее. Была у одного казака женка — шаловливая баба, которая нисколько раз от него бегала, но в конце помирилась с ним. Когда казак ушел на службу, родной её отец купил ей дом. Вернувшись со службы, казак стал ее звать к себе в хату опять вместе жить, но она не соглашалась, а приглашала его в свою очередь к себе в свой собственный дом. Казак должен был наконец уступить. Но вместе они прожили не долго: жена стала буянить и выгнала мужа из дому. Тогда, добрые люди потихоньку научили казака: ты, говорить, Еремей Иванович, купи дом-то у жены — она тогда посмирней будет. Казак пошел к жене, помирился, приласкался и уговорил ее продать дом ему. Совершили купчую, выдал казак жене деньги и с тех пор оба тихо и славно зажили: она то ему покоряется, и он то держится тверже, потому она и рада бы иной раз уйти от мужа да жалко дома-то. В станицах Ярыженской и Кепинской мне сообщали, что казаки, желающие обеспечить на случай своей смерти свою второбрачную и бездетную жену от притеснений со стороны наследников, совершают купчую крепость, „будто жена у него все купила и заплатила деньги“, чего на самом деле не было. Бывают между супругами и займы (решение Анинского ст. суд. 1871 г., января 2). „Долг жены — говорили мне в ст. Гниловской — с мужа взыскиваюсь, но она сама старается заплатить, да ей много-то и не поверят“. „Женин долг — сообщали в Малодельской ст. — взыскивается с мужа, если живут вместе; если жена бегает, то она сама за все отвечает“. За долги мужа жена не обязана платить. Но если эти долги сделаны на потребности семьи, то жена участвует обыкновенно в уплате их (запис. в нескольких местностях). Бывают между супругами сделки, и подобные следующей: 1872 года, Апреля 21 дня, мы, нижеподписавшиеся, Ярыженской станицы казак М. В. Пр. и вдова, казачья жена М. К., учинили настоящее условие в нижеследующем: 1-е. М. принимает за себя в супружество М. М. и имеющееся у нас имение, по две пары быков, 2 коровы и одна лошадь и 10 овец у каждого, совокупляем в одно имение и как это имение, так и могущее приобрестися нами мы не должны считать своим совместно. 2-е. Имеющиеся же у нас дети, у М, дочь Кс, а у М. М. сын К., дочери Ф. и А., после смерти из нас или М. и М. М. могущее остаться имение должны делить на две равные части. 3-е. При выдать в замужество или Ф., или А., то они лишаются части из имения. 4-е. Е. и К. хотя и будут первый в зятья, а последняя в замужество выданы, то эти двое после смерти кого либо из нас части не лишаются, а должны разделить на две равные части. 5-е Выше поименованные Ф. и А., хотя и не будут выданы в замужество, но все таки должны пользоваться частью Е., могущею достаться ему от К. и 6-е. Условие это обязуемся сохранить с обеих сторон свято и ненарушимо, в чем подписуемся. Наследование между супругами. По смерти (Нижеследующее не имел возможности подвергнуть более строгой проверки.) мужа вдова при детях заступает место умершего, становясь полновластной хозяйкой. „Когда отец умирает, говорит г. Тимощенков, то, по установившемуся в народе праву наследования, вся власть его в отношении имущества, а также и каждого из членов семьи всецело переходит к матери. Дети же наследуют имение после только смерти матери“ (1. с). Если же детей нет, то имущество мужа обыкновенно забирает отец, мать или братья покойного. В ст. Ярыженской и Малодельской мне сообщали, что вдове при этом выделяется из всего движимого имущества 1/4 часть. В иных местностях сообщали, что „жена бывает довольна тем, что дадут родственники мужа“. При „награждении“ бездетной вдовы родственники покойного принимают в соображение то время, которое она прожила с мужем. Так напр. Кепинский ст. суд 31 августа 1880 г. решил: вдове ничего не давать, так как она с мужем жила всего 2 недели. Вдове предоставляется право оставаться ,,на месте“, т. е. жить в хате покойного мужа. С выходом снова замуж она лишается этого права. В ст. Малодельской казаки мне говорили, что так как второбрачная жена легко может потерпеть неприятность и притеснение от пасынков, то муж при жизни своей строит ей особую хатку, в которой она могла бы по смерти его спокойно жить, не опасаясь быть выгнанной пасынками. Выходя вторично замуж, вдова лишается этой хатки: „с места не тронут, пока замуж не вышла“. Точно также и бездетный вдовец получает из её имения „сколько дадут её родственники“. Во всяком случай у мужа, остается постель и благословенная икона покойной. В Ярыженской ст. сообщали, что мужу дают еще 1/4 часть из женина сундука (и в большой и в малой семье). Если же покойная жена оставила детей, то все её имущество остается при муже. Часто родственники покойной требуют, чтобы станичные правители сделали подробную опись оставшемуся имуществу и обязали вдовца в целости сохранить его до совершеннолетия сирот. Духовные завещания. Нередко казаки (обыкновенно вступив во второй брак) оставляют письменные духовные завещания, в которых все имущество отказывают жене, желая этим оградить ее от притеснений со стороны детей первого брака и родственников своих. Точно также и казачки, имеющие значительное приданое оставляют письменные духовные завещания в пользу (второбрачного) мужа. Вот примеры подобных завещаний: 1. № 49 Декабря 9-го дня. Во имя Отца Сына и Святого Духа. Аминь. Я, нижеподписавшийся, Войска Донского, Мариинской станицы отставной урядник Максим Фомин Болдырев, приближаясь к старости лет моих и воображал смертного часа, могущего иногда постигнуть внезапно, но чтобы прах мой был покоен, будучи в здравом уме и твердой памяти, я заблагорассудил движимое и недвижимое имение, трудами благо приобретенное разделить, следующим порядком; а) Домик, покрытый тесом, состоящий в самой станице, базные пристрои, всю домашнюю утварь, наличный хлеб, рогатый скот, лошадей и овец, сколько по смерти моей может остаться, я определяю второбрачной жене моей Василиев Денис. Болдыревой, так как всё это имение с нею вдвоем с 1864 г. приобретено собственными трудами, с правом и продать по усмотрению. А по смерти её Василисы; что должно остаться может поступить тому, кто ее при старости пропитает и похоронит. б) Сосновую кухню тесом и деревянный амбар, крытый камышом я оставляю за собою и по смерти моей определяю для поминовения души передать церковнослужителям. в) Сынам моим большему Ивану и детям его и меньшему Алексию (монаху теперь) и другим родственникам, моим из этого имения моего я ничего теперь не определяю, потому что сыны удовлетворены мною надлежащими частями достаточно и дав им обоим дом, который они должны разделить поровну, а если бы они вздумали искать что ни будь от мачехи, то просьбы от них не принимать и не будет на них дано моего благословения. г) Домашнее сиё завещание мое силу и действие должно воспринять по смерти моей, а до того я распоряжаюсь ныне сам. 1871 года ноября 28-го дня в том и подписуюсь: к сему домашнему духовному завещанию руку приложил Мариинской ст. урядник N. N. Засвидетельствовал ст, Атам. N... N... 2. № 18, апреля 14. Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь. Я раб Божий В. А. К. в твердой памяти при своём уме признавая нужным заблаговременно сделать распределение по своему имуществу. 1871-го года, апреля 14-го дня, представляю расписку, данную мне сыном моим A. В. К. 20-го марта 1862 года в том, что сын мой А. получил от меня вполне следуемую от меня в часть ему имения, а теперь имеющиеся у меня благоприобретенный мною домик о двух комнатах с земляным полом, досчатая кухня, базиный пристрой, одна лошадь с повозкою, две коровы, одного года бык и 10-т овец. Я определяю вышесказанное имение второбрачной жене своей Е. И. ныне К., с которою вступил в брак в 1861 году, после чего в короткое время отделился от меня вышесказанный сын мой А, которому часть из имения моего определена была равная со мною, т. е. амбар пильный из брусьев, крытый камышом, три коровы, две пары волов и 10 штук овец. Всё прописанное имение находится при хуторе Каргальском Мариивской станицы. Прошу начальство и церковнослужителей Мариинской станицы утвердить мое законное и справедливое распределение по имению моему, дабы после смерти моей сын мой не касался к имению определенной мною части второбрачной жене моей Е. Оригинал хранить при Мариинском Правлении, а копию и расписку сына моего выдать мне на руки. В чем и подписуюь: казак В. К. А. по неграмотности его подписал N... Духовный отец завещателя священник... Засвидетельствовал Ст. Атаман… Помощник его... 3. 1878 года, Февраля 15 дня, я нижеподписавшейся, Области Войска Донского, Нижне-Курмоярской станицы казак Тимофей К. П., в здравом уме и твердой памяти, на случаи могущей последовать мне смерти, делаю следующее определение собственному моему благоприобретенному имению: все это, как-то: небольшой деревянный домик, состоящий в Нижне-Курмоярской станице, подле домов крестьянина С. А., казака К. Ф., с дворовым пристроем, пару волов и пять овец и все прочее завещаю в потомственное и безотчетное владение и в распоряжение второбрачной жене моей Лук. С; все это имение стоит девяносто восемь рублей серебром. Прочее имение, состоящее в общем нашем с женою владении, как два молодых садика, насажены женою моею Л., корова, мелкая скотина и свиньи, как приобретенные ею Л., я завещать права не имею, внуки же мои, как наделенные мною своевременно, вступаться в завещаемое мною имение права не имеют. 4. Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь! 1869 года, Ноября 28 дня, я, раба Божия, Войска Донского Гниловской ст. жена урядника Б., находясь в здравом уме и твердой памяти, заблагорассудила учинить домашнее это духовное завещание собственному моему благоприобретенному по покупке имению в нижеследующем: первое— дом 3-х оконный кирпичный, на таковом погреб с выходом, покрытый листовым железом, флигель каменный, покрытый тесом и рубленая из барочных пластин торговая лавка с дворовым местом, в длину 18 и ширину 15 саж., определяю в вечное и потомственное владение законному мужу моему А. М. Б. и родному сыну нашему М., с тем, чтобы муж мой A.M. сына нашего воспитал до 20-летнего возраста и потом половинную часть завещанного мною имения полностью передал сыну нашему М. В случат, же смерти сына до совершеннолетия, то имение это должно поступить в полое распоряжение мужа моего А. М.; других же родственников и наследников моих ближних и дальних от владения и исков означенного имения моего навсегда устраняю, от коих бумаг в присутственных местах по сему предмету не принимать. Второе. Завещанное мною имение находится Войска Д. в ст. Гдиловской по смежности с дворовыми местами: с северной стороны урядника С. К., с южной П. К., с западной вдовы К, Третье. Завещанному мною имению, по чистой совести, цену определяю пять тысяч рублей серебром. Четвертое. Завещание это должно иметь законную силу и действие как при жизни, так и после смерти моей, в чем подписуюсь (следует подпись). Домашнее это духовное завещание со слов завещательницы писал Гниловской ст. казак Е. Что действительно завещание это учинено Б. в здравом уме и твердой памяти и подписано в присутствии нашем своеручно ею, и мы в том свидетельствуем собственноручным нашим подписом (следуют подписи 5 свидетелей, священника, станичного атамана. В конце приложена церковная печать). ----//----