Календарь

«  
  »
П В С Ч П С В
1
 
2
 
3
 
4
 
5
 
6
 
7
 
8
 
9
 
10
 
11
 
12
 
13
 
14
 
15
 
16
 
17
 
18
 
19
 
20
 
21
 
22
 
23
 
24
 
25
 
26
 
27
 
28
 
29
 
30
 
31
 
 
 
 
 
Яндекс.Метрика

О семье кубанского казака Ивана Галась

9 июля 1897 года в семье кубанского казака Ивана Галась родилась девочка.  
  
Назвали ее по церковным святцам Ефимией. В семье ее звали по кубански Хымкой, а к старости правнук дал ей новое имя: он не мог произнести «баба Хыма» и сказал: «баба Сима». Так имя это и осталось за нею до конца ее жизни. Так буду ее называть в своих записках и я, потому что баба Сима - это моя родная бабушка, мама моей мамы.  
Баба Сима родилась в очень бедной казацкой семье. Конечно, на Кубани очень уж бедными были только пьяницы и калеки. У кого была земля и рабочие руки, те не бедствовали.  
Но в семье Галасей была другая проблема: десять девок и четыре парня. А землицу давали по десятине на мужескую душу. Прокормить ораву из 16-17 человек на пяти десятинах было непросто! Вот и отправляли девок после пасхи и до Покрова Святой Богородицы в работницы. Моя бабушка была старшей из дочерей, поэтому ей доставалось больше.  
В нашей семье хранится предание о том, как возникла фамилия Галась. «Галасить» - по кубански значит громко кричать (голосить). Говорят, когда в российская царица Екатерина II подавила крестьянское восстание Емельяна Пугачева и взялась за вольнолюбивую Запорожскую Сечь, казаки переселились в дикие степи Кубани, Терека и Дона. Селились куренями (войсковыми подразделениями) во главе с атаманом. Один из куреней назвали   Староминским , расположился он на берегу степной речки Сосыка. Указы атамана оглашал на площади громкоголосый казак, за что ему дали прозвище Галась, которое и стало потом фамилией. Это был мой предок по маминой линии.  
И еще одно семейное предание.  
На Кубани преобладает южная внешность: темные волосы, смуглая кожа, карие или черные глаза. Мои же бабушка и мама светловолосые, голубоглазые, с очень нежной белой кожей, которую и жаркое южное солнце не брало. Бабушка рассказывала, что в начале 19 века в кубанских станицах набирали крепких казаков в специальные воинские подразделения для охраны царских палат. То есть, мои предки служили в Питере. Один из них привез со службы «литвинку - полонянку», преодолел все препоны (иногородняя жена не приветствовалась в  казачьих  семьях), женился на ней и дал нашему роду прибалтийские черты.  
В  казачьих  семьях считалось, что грамота девке ни к чему, ее учили быть женой и матерью. В школу отдавали только парней. Все четыре бабушкиных брата были грамотными и занимали неплохие должности.  
Семен Иванович Галась, один из братьев, много лет проработал главным бухгалтером  Староминской  инкубаторной станции. У него было 4 сына и две дочери. Кое-кого уже нет в живых. Как-нибудь я расскажу о них.  
Но вернемся к моей бабуле. Читать она так и не научилась, в школу не ходила никогда. До самой кончины я ставила за нее подпись в ведомости на получение пенсии. Но деньги она умела считать быстро, грамотно, без ошибок! Меня это всегда очень удивляло!  
Она вспоминала, как ее учил читать один из приемных сыновей Костя. Перед самой войной он работал учителем начальных классов и решил свою мачеху учить буквам. А семья большая, обед надо готовить. Складывают они с бабушкой из азбуки слово «ложка», а борщ на плите в это время закипел и сбежал. Костя хохочет: «Пока ложку создавали, борщ убежал!» Так и не научил читать, а сам на войне сгинул.  
Бабушкина семья была очень бедная, но трудолюбивая. К бабушке часто засылали сватов. Рассказывали, что подъезжают к воротам запряженные тройками лошадей линейки (повозки такие) со сватами, а Иван (отец) выходит на крыльцо, кланяется гостям, но в дом не зовет: «Простите, сваточки дорогие, не с чем мне девку замуж выдавать, нет приданого!» Сваты и уезжают восвояси. Так и оставалась она в девках до 25 лет. А потом влюбилась во вдового, но бездетного сына хозяина, у которого была в работницах, Горб Михаила Трофимовича, родила от него девочку Клаву, но он не женился: бесприданница, хотя это был уже 1923 год.  
У родителей бабы Симы Ивана Григорьевича и Евдокии Степановны была трагическая судьба. Иван Григорьевич пал жертвою доноса в 1922 году, а Евдокия Степановна умерла с голоду в 1937 году.  
Немного о доносе. Был у Галасей сосед иногородний, по фамилии Нефедов. Казаки приезжих недолюбливали. А сосед еще и нагловат был. Приглянулась Нефедову большая акация во  дворе  Галасей, и попросил он спилить ее на столб. А надо сказать, что в степных районах Кубани дерево очень ценится. Мой прадед отказал соседу и из жалости к дереву, а, главное, из-за неприязни к соседу. Ночью к дому подъехал «черный ворон», прадеда забрали. А через некоторое время его и еще 20 станичников без суда и следствия заставили выкопать яму на старом кладбище и тут же расстреляли. Сейчас на месте этой могилы в станице  Староминской  разбит парк со стадионом и футбольным полем!  
В станице трудно утаить что-либо. Слух о доносе просочился через стены НКВД, поэтому Нефедов вскоре уехал в Ростов-на-Дону, где и затерялся, но наша семья помнит его фамилию. К сожалению, только фамилию…  
Далее о жизни бабы Симы буду рассказывать в связи с другими событиями в семье.   
 
Взято с сайта http://www.tiand.ucoz.ru/