Календарь

П В С Ч П С В
 
 
 
 
 
 
1
 
2
 
3
 
4
 
5
 
6
 
7
 
8
 
9
 
10
 
11
 
12
 
13
 
14
 
15
 
16
 
17
 
18
 
19
 
20
 
21
 
22
 
23
 
24
 
25
 
26
 
27
 
28
 
29
 
30
 
31
 
 
 
 
 
 
Яндекс.Метрика

Генерал Н.Г.Бабиев и последние бои Русской Армии в Северной Таврии.

К 90-й годовщине гибели Белого героя.

В стане красных после провала в войне с Польшей было принято важное решение - “признать врангелевский фронт главным”. Для скорейшей ликвидации Русской Армии на Южный фронт стягивались войска из Сибири, Кавказа, Заволжья. С запада прибывала 1-я Конармия во главе с Будённым, с восточного фронта подтягивалась 30-я дивизия. Шла мобилизация среди коммунистов и комсомольцев. 20 сентября Пленум ЦК РКП (б) принял решение о назначении М.В.Фрунзе командующим Южным фронтом, который, впрочем, формально был образован днём позже. Едва вступив в должность, Фрунзе принял на вооружение, хотя и несколько примитивную, но правильную тактику. Если раньше красное командование по прибытии очередного значительного подкрепления пыталось немедленно уничтожить противника, что неизменно заканчивалось неудачей, то теперь было принято решение методично накапливать силы.
Войскам Русской армии необходима была победа над соперником ещё до подхода к нему подкрепления, так как в противном случае из-за большого численного превосходства соперника победа становилась почти недосягаемой мечтой. Наступать Врангель планировал силами 1-й армии. 14 сентября части Донского корпуса перешли в наступление на участке Пологи - Ногайск. 40-я и 42-я стрелковые дивизии не смогли остановить наступавших. Большевиков теснили вплоть до Донбасса. Параллельно 1-й корпус 19 сентября занял Александровск (после 1921 года – Запорожье), но овладеть Кичкасской переправой через Днепр белые не смогли. Донцы продолжали развивать наступление на Мариуполь. По своей сути развитие наступления на Донбасс не сулило каких-либо практических выгод: продвижение на восток не было важно в стратегическом отношении, имея в тылу Каховку, Врангель не мог позволить себе наступать там большими силами. Поэтому, движение войск на Донбасс, видимо, носило отвлекающий характер. Главнокомандующему русской армии нужно было “развязать себе руки” для Заднепровской операции, целью которой был выход на правый берег Днепра, что, помимо стратегических выгод, могло сулить пополнение личного состава Русской Армии. Действительно, после занятия Александровска появилась контролируемая переправа, хотя фланги при ней не были обеспечены. Красное командование, по всей видимости, не сразу разгадало отвлекающий характер Донбасского наступления и сосредоточило против донцов 5 дивизий. Казаки, под угрозой окружения, были вынуждены отступить. Вследствие того, что 1-й корпус был задействован в Заднепровской операции, донцам было поручено держать и его фронт.

Заднепровская операция готовилась белым командованием в режиме строжайшей секретности, так как успех её в большой мере зависел от её неожиданности. Войска 1-го корпуса подтягивались к Александровску по ночам, скрытно наводились понтоны. В районе Никополя концентрировался 3-й корпус, конница Бабиева и Барбовича. Корпус Витковского должен был атаковать Каховский плацдарм в лоб, а затем, переправившись ниже Бериславля, вместе с 3-м корпусом атаковать каховскую группу красных. В свою очередь красное командование для прикрытия переправ в районе Никополя разместило 2-ю Конармию Миронова, составлявшую 17 тысяч сабель. Также достаточно важным было Старобельское соглашение с Нестором Махно, заключённое 2 октября 1920 года, о совместных действиях против Врангеля.



В ночь на 8 октября операция началась. Корниловская и Марковская дивизии переправились у острова Хортица на правый берег Днепра и с ходу смяли 3-ю стрелковую дивизию красных. Вскоре, по заранее наведённым переправам, на правый берег переправились Кубанская казачья дивизия и корниловцы, а за ними конница генерала Бабиева. Части 3-го корпуса 9 октября переправились южнее Хортицы и при поддержке конницы Барбовича начали развивать наступление. К 10 октября уже все части белых переправились на правый берег и объединёнными усилиями предприняли атаку фронта по линии Никополь-Апостолово. 2-я Конармия отступала.
В ответ красные начали наступление на востоке и 11 октября подошли к Мелитополю. Обескровленный передачей бойцов для содействия переправе корпус Кутепова не мог оказывать достойного сопротивления. Но вскоре переправа была закончена, и прибывшие корниловцы и 42-я стрелковая дивизия затормозили наступление красных на мелитопольском направлении. Казалось бы, всё благоприятствует белым: 11 октября был занят Никополь, а днём позже пала крупная железнодорожная станция Апостолово. Но все эти успехи были достигнуты в основном усилиями конницы, а пехота 3-го корпуса по-прежнему серьёзно не продвигались вперёд. Красные вынуждены были снять с Каховки Латышскую, 15-ю и 52-ю дивизии и направить их на помощь Миронову. Эти передвижения и засекла разведка белогвардейцев, истолковав их как начавшийся уход красных с Каховки. Поэтому генералу Витковскому был отдан приказ 14 октября атаковать Каховский плацдарм. А на другой части фронта три красные дивизии сразу вступили в бой. 13 октября большевики начали постепенно одолевать. Миронов прорвал порядки вражеской конницы и сумел выйти к Днепру.

В тот же день снарядом был убит генерал Бабиев, командир 3-й Кубанской дивизии. Он был одним из самых любимых солдатами, наиболее выдающихся и ярких военачальников Белого Движения на юге России. Бабиев-командир - это легкость и подвижность, отчетливость и шик. В седле был импозантен, сидел глубоко и свободно, властвовал над всеми. Вот как пишет о нем в своей книге «Дроздовцы в огне» генерал А.В. Туркул:

«…генерал Бабиев, сухопарый, черноволосый, с кавалерийскими ногами немного колесом, с перерубленной правой рукой. В конных атаках генерал рубился левой. Этот веселый и простой человек был обаятелен. В нем все привлекало: и голос с хрипцой, и как он ходил, немного перегнувшись вперед. Привлекала его нераздумывающая, какая-то ликующая храбрость. Такие, как Бабиев, а как много было их среди белогвардейцев, сильнее самой смерти. И останутся они сильнее смерти на вечные русские времена. Привлекала порода Бабиева, проявлявшаяся в нем с головы до ног. Он был настоящим кавалеристом, особым существом, которое едва ли не сродни мифическому кентавру».

Николай Гавриилович Бабиев – родился 30 марта 1887 в ст. Михайловская - сын казачьего генерала Гавриила Фёдоровича Бабиева. Окончил Бакинскую гимназию, Ставропольское юнкерское училище, а в 1909 окончил Николаевское кавалерийское училище, выпущен хорунжим в 1-й Лабинский казачий полк. В период с 1914-1917 служил в казачьих частях. В апреле 1917 получил звание войскового старшины (подполковника). В 1917 году - Командир 1-го Черноморского полка Кубанского казачьего войска. В январе 1918 распустив полк по домам, с частью офицеров и рядовых примкнул к Добровольческой армии, участвовал в 1-м Кубанском походе. Был тяжело ранен (раздроблена кисть правой руки). В марте 1918 попал в плен к красным, но бежал из тюрьмы Майкопа. 25 сентября 1918 произведен в полковники. 13 октября 1918 был назначен командиром Корниловского конного полка. Участвовал с полком во 2-м Кубанском походе.
В январе 1919 — Командир 2-й Кубанской конной бригады в 1-й Кубанской дивизии. 26 января 1919 получил звание генерал-майора. В марте 1919 — командир 3-й Кубанской дивизии.

По словам П. Н. Врангеля, генерал Бабиев был одним из наиболее блестящих кавалерийских генералов на юге России. Совершенно исключительного мужества и порыва, с редким кавалерийским чутьём, отличный джигит, обожаемый офицерами и казаками, он, командуя полком, бригадой и дивизией, неизменно одерживал блестящие победы. Его конные атаки всегда вносили смятение в ряды врага. Получив чин генерала 32-х лет отроду, от января 1919 г. Бабиев неоднократно командовал крупными боевыми соединениями. 17 раз его задевали пули и осколки гранат, но он пренебрегал опасностью. Восемнадцатое ранение от разорвавшегося снаряда стало причиной его смерти.

Из «Записок» генерала П.Н. Врангеля:
«В девять часов утра была получена короткая телеграмма генерала Драценко: «Вчера 30 сентября снарядом убит генерал Бабиев». Все стало ясно. Со смертью любимого вождя умерла душа конницы, исчез порыв, пропала вера в собственные силы».

Белые начали отступать. Пропала всяческая связь частей с командованием. Во избежание немедленного разгрома оставшихся сил генерал Драценко отдал приказ об отходе всей армии на левый берег Днепра. А на рассвете следующего дня части 2-го корпуса начали лобовую атаку Каховского плацдарма – отменить приказ, данный заранее, не успели. Витковский имел в своём распоряжении 6 тысяч пехоты, до 700 сабель, а также 14 броневиков и 12 танков. В результате упорных боёв красные были вынуждены отойти на внутренний уровень обороны, но дальше проволочных заграждений белым пройти не удалось из-за сильного артиллерийского огня. Отряд танков почти полностью погиб и Витковскому пришлось отходить. Вечером 14 октября войска Русской армии уже переправлялись на левый берег Днепра, а 15 октября понтонный мост был разведён и подтянут к левому берегу.
Заднепровская операция закончилась.

Использованная литература:

Врангель П.Н. Записки, ноябрь 1916 – ноябрь 1920. Мн., 2002. Т. 2 С. 146.
Фон Лампе А.А. Пути верных. Париж, 1960. С. 60.
Cлащов – Крымский Я.А. Белый Крым, 1920. М.: Наука, 1990. 272 с.
Русская Армия генерала Врангеля: Бои на Кубани и в Северной Таври. сост. С.В. Волков. М.: ЗАО Центрполиграф, 2003. 943 с. (Россия забытая и неизвестная. Белое движение).
Дроздовцы в огне. Картины гражданской войны 1918-1920 гг в литературной обработке Ивана Лукаша. Издательство: Явь и Быль, Мюнхен.
А. Кудрявцев
[Источник]