Календарь

«  
  »
П В С Ч П С В
1
 
2
 
3
 
4
 
5
 
6
 
7
 
8
 
9
 
10
 
11
 
12
 
13
 
14
 
15
 
16
 
17
 
18
 
19
 
20
 
21
 
22
 
23
 
24
 
25
 
26
 
27
 
28
 
29
 
30
 
31
 
 
 
 
 
Яндекс.Метрика

Ларчик просто открывался

журнал Казакия, 1964, №8  
  
«Сколько их,  куда их гонят,   
Что так жалобно поют?   
Домового ли хоронят,   
Ведьму-ль  замуж  выдают?»   
    
Их было много, во всех странах рассеяния эмиграции и делали они свое   
дело объединенно, целеустремленно и дружно.   
Вот один из примеров их работы:   
«ИНФОРМАЦИЯ   
Кубанского Войскового Атамана   
Белград, 1 сентября 1942 г.   
Кубанские Войсковые Регалии: После бомбардировки Белграда, когда   
Военный музей быв. Королевства Югославии был разграблен и пострадали   
сданные туда на хранение наши регалии, с разрешения германского коман-   
дования, наши знамена, грамоты и др. предметы, уцелевшие от разграбле-   
ния были нами изъяты из музея, причем грамоты перенесены на хранение   
в наш войсковой штаб, знамена-же, булава и остальные предметы были   
сданы на хранение в русский музей в Белграде.   
В пятницу 21 августа состоялась в войсковом штабе встреча войскового   
атамана Дона, Кубани, Терека, Астрахани с представителями германского   
командования. Присуствовал также начальник русского бюро ген. м. Крей-   
тер со своими ближайшими сотрудниками.   
После осмотра гостями царских грамот Кубанскому Войску, знамен и др.   
исторических предметов, состоялась в штабе скромная закуска.   
Войсковой атаман ген. Неуменко, приветствуя гостей поднял первую ча-   
ру во здравие вождя германского народа Адольфа Гитлера и за победу   
германского оружия над злейшим врагом человечества еврейством и ком-   
мунизмом.   
На этой встрече появилось единство между всеми четырьмя войсковыми   
атаманами и представителями германской армии. ..»  
Так, под наблюдением генерала Крейтера,  начальника  русского бюро  В   
Югославии, пользуясь всеми имевшимися в их руками средствами, наши   
неделимцы начали свое дело при Гитлере. Располагая большими деньгами,   
имея постоянную активную поддержку Крейтера, казачьи неделимцы дела-   
ли все что только могли против Всеказачьего союза в Сербии. После объя-   
вления о начале формирований Русского охранного корпуса первыми, с   
оркестром, явились казаки ген. Зборовского, образовав таким образом Пер-   
вый полк этого корпуса.   
Распоряжением по Всеказачьему союзу в Сербии, атаман этого союза   
ЗАПРЕТИЛ казакам вступать в русские формирования в Югославии.   
Живя разбросанными по провинции, оставшись после капитуляции Юго-   
славии в большинстве без работы, в постоянном страхе от расправы парти-   
зан, стойко держались казаки-националисты и не шли ни на какие зазы-   
вания.   
Лишь начало собственных формирований дало им возможность взяться   
за оружие.   
Германскому командыванию в Югославии казаки националисты были   
представлены как кучка партизан, группа политиканов, подозрительное   
сборище безответственых типов.   
Но кончилась война. Появились и Унра и Иро и забегали неделимцы, по   
новым учреждениям. В Пасинге возле Мюнхена, у некой Шауфус, адьютан-   
тил теперь адъютант генерала Крейтера и когда явился туда бывший   
атаман Всеказачьего союза в Сербии, желая выехать в Америку, все подан-   
ные им документы были на его глазах разорваны и ему было сказано, что-   
бы он и недумал больше обращаться с просьбами о выезде.   
Ген. Неуменко, весь русский корпус, все кто только хотел, или был снаб-   
жен особыми заданиями, все выехали в Америку, лишь бывщему атаману   
Всеказачьего союза в Сербии в Дипи-комиссии во Франкфурте было ска-   
зано:   
— Ваши казаки стреляли в партизан Тито. Партизаны Тито — наши   
союзники. Вы стреляли в наших союзников. Для таких как вы — нет ме-   
ста в Америке.   
Так работали наши неделимцы во времена Гитлер-Иро-Унра.   
Сейчас работают они в местном Американском комитете. Для расправы   
над казачьими националистами выбрали они послушных исполнителей из   
Парижского Блока. Казаков убрали из этой организации, сделали это рука-   
ми украинцев, белоруссов, кавказцев и иных, и продолжают свое дело и   
дальше. Способыми старыми и испытанными.   
Газета «Наше общее дело», которую мы называем «дохлое дело», никог-   
да казаками не интересовалась. Но, после того, как казаков убрали из Па-   
рижского Блока и в журнале «Проблеме оф ти пипльс оф ти УСССР» ка-   
зачье имя было стерто, газета занялась новым для нее, дохлым делом. На-   
чала пропагировать казачьих неделимцев. В номере 20 (180), октябрь 1963,   
сообщила она, что в день Покрова, Казачий союз в Германии, «объединяю-   
щий казаков проживающих   в   Мюнхене   и   его   о Освобождения В. В. Клюмп, три  немецких офицера свой войсковой  казачий  праздник»,  что присутствовал  от Американского   
комитета из «Солда- тенбунда»,   «бывшие чины   15-го казачьего    к а в к а з с к о - г о    корпуса» и проч. Этим парадом командывал А. Протопопов.   
В номере 22-м (182) того-же «дохлого дела», напечатана новая заметка   
«Праздник Покрова у донцев в Мюнхене». Здесь пишется о Донской ста-   
нице в Мюнхене, видимо не состоящей в организации Протопопова, «объ-   
единяющей казаков Мюнхене и его окрестностей». Здесь атаманит Бры-   
калин, или, как писало Новое Русское слово в Америке, — Брыкалкин. Но   
итоги всей этой возне подвела «Русская Мысль» в номере от 3 декабря 1963   
года (2081). В противовес Протопоповскому Клюмпу здесь: «среди гостей   
присутствовал уроженец Донской области казак, прослуживший долгое вре-   
мя в рядах американской армии, заместитель американского советника при   
Институте — Леонид Иванович 'Барат».   
Мы нарочно задержались с сообщении о сем знаменательном событии,   
полагая что сам Барат выступит в печати с сообщением о том, что Русская   
мысль напечатала о нем заведомую ложь — он не уроженец Донской обла-   
сти и не казак. Но Барат этого не сделал. Делаем мы. Барат не только не   
уроженец, но и не казак. Эту ложь, подсунутую на подпись Иллариону Ти-   
тову, распространяет теперь Американский Комитет в Мюнхене в своей не-   
делимческой роботе. Им пропагируется «гидравлический» атаман Федоров.   
им, после «раскулачивания» казаков в Парижском Блоке, делается все что-   
бы снова, по тем рецептам какие употреблял в свое время в Белграде гене-   
рал Науменко, загнать казаков в неделимчесий хомут.   
А какого сорта людьми они. пользуются лучше всего свидетельствует фо-   
тография этого «празднества». Мистер Клюмп, представитель Американ-   
ского Комитета, сидит имея справа от себя Бойческого, осужденного за кле-   
вету немецким судом в Мюнхене, а слева А. Медера-Протопопова-Риттера,   
осужденного за клевету судом в Югославии.   
Бойчевский занимался в Белграде сапожным делом. Неказак. При при-   
ходе немцев в Белград производится Науменко в офицеры, посылается в   
корпус Панвица, где командует его личным конвоем. Весь корпус выдан   
большевикам. Весь конвой выдан большевикам, сам Панвиц повешен в Мо-   
скве, лишь вынырнул командир панвицевского конвоя Бойчевский в Мюн-   
хене и моментально принимается на работу в Американский комитет.   
При приезде в Мюнхен большевистской танцевальной группы этот Бой-   
чевский собирает кучу детей, одевает их в казачьи костюмы и. преподносит   
советским агентам-танцорам цветы. Потом на собрании русских в Мюнхе-   
не клевещет на казаков и осужден за эту клевету. Теперь ему дан сектор   
— немецкий Солдатенбунд. Там ведет он свою работу дальше.   
Алекс Медер-Риттер-Протопопов, по возвращении ив Сибири долго при-   
глядывался и молчал. Потом начал забегать в Американский комитет. И —   
о чудо — как Бойчевского берут его теперь в этом комитете на выходные   
роли. А заслужил это доверие Медер Протопопов Риттер полностью. Вместе   
с ген. Коноводовым сделали они все, чтобы развалить самостийников, что-   
бы разрушить казачье европейское объединен Ларчик открывается просто. Американский комитет по линии Парнасско-   
го Блока имеет послушых исполнителей своих заданий в лице Абрамчика,   
Цинцадзе, Довгаля и прочих, работающих на окончательном уничтожении   
Казаков.   
В казачьи-же ряды посылаются им Бойчевский и Медер. Руководят этим   
Клюмп и Барат. Им всем в помощь старается Чеботарев.   
Станичники — надеемся, что вам теперь все понятно. Клеветники, лже-   
цы, проходицы неказачьего происхождения — вот те, кто нас хочет окон-   
чательно уничтожить здесь, на т. наз. «культурном западе».   
Поддадимся?   
Да конечно-же — нет!   
Но чтобы окончательно поставить все точки над и, чтобы окончательно   
все ясно видеть, вспомним, что все в этом мире познается сравнением.   
При Гитлере:   
На наш меморандум о казаках нам не ответили.   
На посланное письмо Розенбергу нам не ответили.   
Разрешив формирование каз. нац. частей, обманули.   
Пригрозили кацетом и выкинули из Белграда.   
На параде каз. нац. части, Штаб казачий находился на отдельной от нем-   
цев трибуне.   
Издавать каз. нац. орган нам не разрешили. Издать книгу о казаках не   
позволили.   
Единственно что разрешалось это — умирать казакам в войне с парти-   
занами.   
Так было у нас при Гитлере в Югославии. Ответственность за все это ко-   
нечно-же не несет никто иной, как свои же доносчики, предатели холопы   
казачьего происхождения. Плюс — тоталитарный режим тогдашней Гер-   
мании.   
При Американском комитете:   
На наше предложение создать Союз эмигрантских писателей и журна-   
листов, устроить его торжественное открытие в Берлине, на наше предло-   
жение финансировать казачьи издания и антикоммунистическую свобод-   
ную работу — нам не ответили.   
На посланные письма по поводу нападений на нас отдельных ревнителей   
неделимчества — нам не ответили.   
Изгнали с треском на улицу из Парижского блока.   
На конференции Института приглашать перестали.   
Предложили: бросить заниматься глупостями, прекратить казачью рабо-   
ту, тогда дадут хорошее место в редакции «Наше дохлое дело».   
В случае войны возьмут в пропаганду.   
На последнее предложение мы ответили, что в ихнюю пропаганду не   
пойдем, т. к обманывать казаков «там» мы не намерены.   
Так сейчас при Американском комитете в Германии. Ответственность за   
все это конечно же не несет американский народ, как не виноват он в под-   
лом убийстве Кеннеди. Виноваты на американским «дерьмократам» которые почему то втемяшили себе в голо-   
вы, что им удастся уничтожить казачий Народ   
Труд этот напрасен. Самая идея, самая суть Казачества  —  это свобода,   
Воля, Независимость. За это стояло оно в веках и будет стоять до конца. А   
если нам скажут, что есть у нас собственные неделимцы, мы ответим: За   
триста лет московской неволи создался у нас слой холопов. Да. Он есть.   
Удалось же Ульбрихту в Германии за двадцать лет выдрессировать немцев   
стреляющих в своих-же на Стене позора.   
Наши казачьи неделимцы — это наша «стена позора:». Их помощники из   
Американского комитета, их наниматели — это наши американские Ос-   
вальды.   
А мы, не убояся, потопаем дальше.   
Ни российским, ни американским, никаким холопством нас не прельстить   
и не запугать.   
ЧТО    ДЕЛАТЬ?   
Они, убежав к нам на Дон и Кубань, повесили Кулабухова, застрелили   
Рябовола, отравили Мамантова, оставили казаков в Новоросийске...   
При помощи наших, казачьих, холуев.   
Вся антибольшевисткая борьба была проиграна лишь из-за тупого, безы-   
дейного, преступного неделимчества.   
Неделимчества поддерживаемого теперь Никитой через Чеботаревых, на-   
саждаемого Американским Комитетом «Свобода», рядом мелких агентов или   
просто эмигрантскими политическими ублюдками.   
Не останавливаются они ни перед клеветой, ни перед ложью, ни перед   
чем.   
И пользуются, как и раньше, нашими казачьими холопами.   
Одно отрадно — их все меньше. Проявляют себя они лишь пользуясь   
церковными праздниками, канунами да поминками. Вот тогда говорят они   
друг-другу речи, ходят козырем, духовно, политически и умственно остав-   
шись на уровне деникинского «Освага», непревзойденной российской по-   
шехонщины. Пошехонщины утвердившей коммунизм в России, грозящей   
гибелью всему человечеству.   
Действуют они по-разному: Никита норовит через ученых профессоров,   
так-сказатъ по-культурному.   
Здесь же, в Мюнхене, дело делают проще — угощением. Подходи, жела-   
ющий. Нынче от начальства по пять марок на нос выдано. Угощайтесь во   
имя будущей тюрьмы народов, самого большого кладбища в мире! Те-же,   
кто подозрителен как «самостийник», ими не терпятся. Тем, через постоян-   
но оплаченных холуев, говорят: «если вы вздумаете говорить по-самостий-   
нически мы вас выведем из зала. Мистер Б. .. не велел допускать самостий-   
ников! Или лучше вообще к нам не ходите!»   
Так обстоит дело с деникинщиной, Никитин Что-же нам делать? Подумайте, станишники.   
А мы предлагаем — пора нам, казакам, наконец, перейти в наступление   
на всю эту сволочь!   
Когда Никитины танки утопили в крови венгерское восстание, когда весь   
западный «свободный» мир дрожал от страха, что Никита на него осерчает   
и ни пальцем не пошевельнул, чтобы помочь окровавленной Венгрии, тогда   
некий немецкий журналист в Мюнхене возмутился. И написал в газете   
«Мюнхнер Меркур» статью против большевиков. И озаглавил ее:   
«КАЗАКИ»   
В ней писал он, что эти московские казаки задушили Венгрию еще в 1843   
году, что они вечно грозят свободному миру, что пора с этими казаками по-   
кончить. ..   
Когда писатель Керн написал книгу о казаках под заголовком: «Они би-   
лись за свободу и нашли смерть на Западе», и издал эту книгу в издатель-   
стве большевикам не нравящемся, то немецкий журнал «Шпигель» напеча-   
тал клеветническую статью против казаков. Он назвал их гитлеровцами, на-   
цистами, пытаясь доказать, что, мол, так им и надо.   
«Шпигель» печатается в 1,000.000 экземпляров и читается во всем мире.   
Посланное ему опровержение он не напечатал. «Шпигель» желает полного   
уничтожения казаков. Лиенца для него мало.. .   
Французский профессор Поль Рассинье почему-то, вопреки своим «лево-   
радикальным» убеждениям не хочет прихода большевиков на Запад. Он,   
профессор этот, как сам он себя именует — историк. И вот что он написал:   
—«В Эльзасе, моей родине, есть старая легенда. В ней говорится, что при-   
дет время, когда каменные глаза статуи святой Оттилии заплачут. Это бу-   
дет в тот день, когда КАЗАЧЬИ КОНИ НАПЬЮТСЯ ВОДЫ В РЕЙНЕ!»   
А сейчас, пишет он дальше, стоят они, эти казачьи кони, в пятидесяти   
километрах от Гамбурга!...   
И еще один пример.   
Два месяца тому назад побывал в Мюнхене теперешний военный мини-   
стр западной Германии г-н Кай-Уве фон Хасселъ.   
Он говорил на одном очень большом собрании. Предупреждал об опас-   
сности грозящей свободному миру с Востока. И закончил свою речь так:   
— А не то явятся эти КАЗАКИ сюда!. ..   
Подведем же итоги:   
Недобитки деникинщины пытаются в Мюнхене создать группу в буду-   
щем нужную на роли убийц и вешателей, какими эти деникинцы были у   
нас.   
Никита, больше всего в мире боясь деления Российской империи, кормит   
Чеботарева и радуется деятельности Американского комитета.   
В Германии, занявшейся своими делами, казаков поминают как что-то   
давно прошедшее. Или как дикие полчища российского империализма, от   
которых даже каменные глаза святой Оттилии плачут. О живых в Германии никто не думает.  
  
И особенно нам жаль, что такое лицо как г-н фон Хассель могло сказать   
нами процитированное. Какую войну, если она будет, поведет он? Так, как   
при царе Митрохе, когда царь на царя шел? Или должен он знать, что же   
за народы живут там, на Востоке, к чему они стремятся, за что будут они   
биться, за кого умирать? Ведь он же  м и н и с т р,  черт побери!   
Что же нам делать, станичники?   
А вот что:   
Объединенными силами переходить в наступление.   
На всех фронтах мирной борьбы за будущее нашего Народа.   
Нас ведь  у н и ч т о ж и т ь  хотят!   
П. Поляков   
    
  
 НА ЗАПАДЕ  
   
Сытые, откормленные лица   
Тупы, равнодушны ...   
ах, скоты!   
Мне же хутор на Ольховке снится,   
Мне вчера почудилась станица   
В легкой дымке степовой мечты.   
Понял я, что мы не даром пали   
В этой страшной, роковой борьбе,   
В облаках мы розовых витали,   
Злобы дикой нет, не распознали,   
Прекословить не могли судьбе.   
Верили... да песни громко пели,   
Все отдав в напевы и слова.   
А за Волю биться не сумели   
И без крепи в настоящем деле   
Вера наша обрелась мертва.   
Нужно было, крепко стиснув зубы,   
Лишь ее лелея — злую месть —   
Стать самим нам примитивно — грубым,   
Бить по мордам, сокрушая зубы   
И орать что только духу есть.   
Межь людского не теряться хлама,   
Бисер свиньям даром не меча,   
С обнаглевщим не стесняться хамом,   
Их притоны не признать за храмы   
И крушить их, подлецов, с плеча.   
В Бога верят — с Сатаной торгуют,   
Есть культура — а лежачих бьют!   
Есть любовь — убийц они целуют,   
Есть мораль — на кладбищах ликуют,   
С заработком трупы продают.   
Мы же бились с самого начала   
Объявив что наша вера — Спас!   
Вышли в бой, открыв свое забрало   
И стеною дьявольскою стала   
Мировая сволочь против нас!   
П. Поляков  
  
 СТАНИЧНИК    ЛОЗИН  
  
Обервахмайстер ЛОЗИН, казак Всевеликого Войска Донского, Первого Донского Округа, станицы Нижне-Кундрюческой, хутора Михайлова, на Донце. Воевал он в войсках генерала Мамантова и взяли бы казаки Москву, да деникинские большевики помогли большевикам ленинским и вместе спасли красную Москву от казачьих полков. И ушли казаки заграницу.   
Ах — скажут нам западные христиане и демократы — видите сами! Вы же все носили немецкую форму!   
Да. Скажем мы этим господчикам. Да, носили казаки немецкую форму и нисколько этого не стыдятся, ибо это была форма самой лучшей армии в мире, уничтоженной не врагами ее, а ее политически слепыми водителями. И еще прибавим — если бы вы, до сегодняшнего дня охотящиеся за нашими черепами, не помогали большевикам, а пошли против них, да пришли бы к нам, казакам, да снабдили бы оборванных колхозников, когда-то гордых сынов Земли казачьей, иной формой, то и иную одели бы они, считая ее формой антикоммунистов.   
Вы этого не сделали по жадности, глупости, слепоте, политической преступной безграмотности. Вы сделали из Москвы то, что она сейчас есть, вы ее создали и выкохали. Теперь одна часть вас трясется от страха при слове Москва и поэтому себя называет антикоммунистами, но ничего придумать никак   не может    что же, наконец, делать надо.   А другая часть, большая, гораздо  большая,  пытается  приспособится, продаться, подделаться, выслужиться, торговать.   
Осталась семья Левиных в родной станице   Отца его, мать и старшего брата расстреляли большевики. Удалось ему спастись, дождаться прихода   
немцев И одним из первых пошел он с ними против коммунистов, за Вольный Дон. И выдали его западные «демократы и христиане» большевикам. Попал он в Юденбург и своими глазами видел как начали большевики расстреливать тут-же, на месте, выданных им казаков. Спасла его немецкая форма. В общей суматохе удалось ему присоединиться к немецкой группе военнопленных посланных в Ульм. Так спасся казак од смерти в глаза ему глядевшей.   
А тепер, найдя себе нового верного друга — коня, джигитует он вот уже десять лет и ждет и верит в то, что здровые силы возьмут верх на Западе, что освободится снова Тихий Дон и вернется он в родные курени. Он — простой землепашец, верящий в Праведного Бога, в счастье   своего   Казачьего   Народа.   
Слава ему, слава всем им, несчетным, за Казачество бившимся.

Опубликовал на форуме ВС Дон.